- И какая же тебе еще нужна поблажка? И какой же тебе еще нужен посыл? - она легко перешла на "ты". - Ты должен знать. Овсов, что возраст, которого ты опасаешься... Еще не наступил. Для тебя еще не наступил.
- Виноват, - пробормотал он. - Исправлюсь.
- Торопись, Овсов.
- Хорошо, - кивнул он. - Сегодня... Остаешься? - он невольно посмотрел в сторону узкой кушетки и тут же, поняв, что девушка заметила его воровской взгляд, густо покраснел, но взял себя в руки и спросил с улыбкой: Или как?
- Что же мне остается... Зов прозвучал... Надо как-то откликаться, она взъерошила седые волосы Овсова, спрыгнула со стола. - Пойду па последний заход, там где-то в семнадцатой бабуля причитает...
- Пусть причитает, - обронил Овсов. - Ей так легче.
- Может, кольнуть ей чего-нибудь?
- Кольни.
- А чего кольнуть-то?
- Это не имеет значения... Ей важно, чтобы вокруг немного посуетились, побегали, - проговорил Овсов как-то отстраненно, думая о своем.
- Помрет бабуля?
- Нет, - Овсов обернулся на стоявшую за его спиной Валю. - Во всяком случае, не скоро. Она еще лет десять будет постанывать, покряхтывать, попукивать... Родня привезла ее, чтоб хоть немного отдохнуть, дух перевести... Ты заметила, какой у нее аппетит? - усмехнулся Овсов. - Обрати внимание. Трех хороших мужиков прокормить можно...
В коридоре простучали быстрые частые шаги и смолкли у двери ординаторской. В больнице знали об отношениях хирурга и медсестры, и вот так сходу распахнуть дверь в ординаторскую не решались. Ничто не изменилось в позах Овсова и Вали, они не сделали ни единого движения, но между ними сразу появилась какая-то отчужденность. Теперь, кто бы ни вошел, он увидит лишь руководителя и подчиненного. И ничего больше. Занавеска отошла в сторону и вместо фиолетового штампа появилось встревоженное лицо пожилой женщины.
- Степан Петрович... Извините, Валечка, - даже во взволнованном состоянии, женщина не упустила возможности легонько куснуть сестру. - Там такое, такое... Степан Петрович, - и она без сил опустилась на кушетку, но взглянув на Валю тут же встала, словно невзначай села на чужое место.